|
«ПРОРВЕМСЯ!» — ОТВЕТЯТ ОПЕРА!
Сотрудник уголовного розыска. Об этой профессии чаще других снимают художественные фильмы и документальные ленты. В жизни труд оперативных работников — не столь романтичен. При всей рискованности, трудности и сложности профессии она не становится менее востребованной и менее нужной. И это должно быть понятно сегодняшним курсантам — будущим защитникам.
|
|
Оперативники не жалуются на однообразие в работе. Среди их основных обязанностей — раскрытие преступлений, розыск и задержание преступников. А преступлений, пока «кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет» предостаточно: ежедневно милицейские сводки пестрят сообщениями об уличных грабежах, воровстве, драках, угонах автомобилей, убийствах, мошенничестве…
«За каждым административным участком с населением чуть более 3000 жителей закреплен «свой» оперативник, — рассказывает Виталий Карпенко, оперуполномоченный отдела уголовного розыска районного отделения милиции. — Он исполняет функции органа дознания, ведет допросы, осуществляет обыски, собирает оперативную информацию о правонарушителях, устанавливает их личности и место нахождения».
|
|
| - |
Как проходит рабочий день оперативника? |
| - |
Обычно день начинается с совещания. В течение дня работаем по вызовам или с поступающими материалами. За сутки происходит масса происшествий. Например, за последнее дежурство на моем участке совершен грабеж квартиры, кража имущества, пожар, и «нанесение телесных повреждений». Как видите, рабочий день оперативника насыщен… и не нормирован. Невозможно закрыть кабинет в 18.00, если у тебя в разгаре расследование, например, идет допрос свидетелей. Даже когда уходишь с работы, все равно остаешься на службе: увидел, как кто-то на кого-то напал, и не можешь пройти мимо, не вмешавшись.
|
| - |
Существует ли в милиции проблема с кадрами? |
| - |
И довольно большая. Учитывая уровень жизни в столице, рядовой милиционер должен получать не менее 1500 грн, но зарабатывает в среднем 700 грн, оперативник — 900, при этом льготы отменены. Киевляне, в основном, не хотят связывать свою судьбу с милицией, предпочитают более высокооплачиваемую работу, молодежь старается получить престижное образование. Ребята из сел соглашаются на такую зарплату только поначалу и при условии, что их обеспечат жильем. А это практически нереально — в Киеве только 6 ведомственных общежитий и те переполнены. Стоит ли удивляться недокомплекту в милиции? Соответственно, и нагрузка на работающих увеличивается в несколько раз.
|
| - |
Уйти из милиции не хотелось? |
| - |
Нет. В угрозыске случайных людей не бывает, они просто не задерживаются. Я пошел в милицию потому, что меня увлекало чувство победы: радуюсь, когда удается отвести беду от человека, схватить вора за руку, вернуть пострадавшему имущество. Если этого нет — в розыске делать нечего. Это действительно та мужская работа, которой бы я хотел заниматься.
|
| - |
Многие воспринимают работу сотрудников угрозыска по детективам и телесериалам. Они действительно отражают реальность? |
| - |
В основном нет. Чаще всего «киношная» работа оперативников похожа на сказку, потому, что не все режиссеры прибегают к помощи консультантов из уголовного розыска. А напрасно. Но если уж и говорить о культовом фильме об оперативниках, то это, скорее, «Место встречи изменить нельзя». Просто учебное пособие. Одни правила Жеглова чего стоят! Даже когда Жеглов «ворует» Дело со стола Шарапова — это пример замечательной школы, и сейчас так иногда «учат» начинающих милиционеров работать с важными документами.
|
| - |
Какие качества нужны, чтобы стать настоящим оперуполномоченным? |
| - |
Навыки психолога и самоотдача. Ценное качество — терпение (иногда можно просидеть не одни сутки в засаде, а преступника так и не задержать), чутье. Раньше шутили: «Опер — это ноги». И язык... Нужно много ходить, беседовать с людьми, уметь их «разговорить», чтобы получить информацию. Главное — не успокаиваться, не быть равнодушным. Говорят, что настоящим опером можно стать, проработав не меньше 5 лет: все знания нужно проверять практикой. Без умения анализировать и грамотно применять законы профессионалом не стать. Причем, законы нужно не только досконально знать, но и четко соблюдать. И это не громкие слова, просто иначе результата не достигнешь: или дело до суда не дойдет, или там развалится.
|
| - |
Сотрудники уголовного розыска почти никогда не носят форму, не любят давать интервью. Да и фотографироваться Вы отказываетесь. Почему? |
| - |
Специфика работы. Мы не публичные люди. Не фотографируемся потому, что нельзя, чтоб криминальные элементы знали тебя в лицо. Если хочешь добыть необходимую информацию, не светись. К тому же, форма не всегда располагает собеседника к откровенности. Поэтому и ходим в «гражданке», чтобы выглядеть как все.
|
| - |
Что больше всего мешает в работе? |
| - |
То, что люди отказываются помогать милиции. Но, видимо, все в мире находится в равновесии, и часто они сами потом оказываются в подобной ситуации. Например, ограбили квартиру. Оперативник идет по соседям, расспрашивает, кто что видел или слышал. А в ответ: «Я с вами разговаривать не буду, по закону имею право дверь не открывать!». Проходит какое-то время, ограбили и эту квартиру. И тогда хозяин кричит: «Помогите! Найдите!». А как ему помогать, когда он другим помочь отказался, а ведь любая деталь могла послужить зацепкой к раскрытию.
|
| - |
Каковы перспективы карьерного роста и к чему Вы стремитесь? |
| - |
От рядового оперуполномоченного уголовного розыска можно дослужиться до начальника управления милиции. Это, конечно, не «потолок», но специфика моей профессии — реально смотреть на вещи. Лично я не хочу быть «кабинетным» начальником — хочу оставаться сыскаpем. Любил и люблю эту профессию. И считаю, что хороший оперативник — это выше некуда.
Обычно допрашивают они. Но сегодня вопросы задавали мы. С оперативниками приятно общаться. Они понимают тебя с полуслова, умеют поддержать нить беседы, оставаясь, как и свойственно представителям профессии, в тени. Могут быть откровенными, правда, не со всеми, и лишь тогда, когда диктофон выключен. Но, что поделать, специфика профессии.
| |
